стрелка
Новости
29.09.2022 Официальное заявление Движения "Новая Евразия" по поводу референдумов
29.09.2022 Протестующие в Чехии потребовали прямых соглашений с Россией о поставках газа
29.09.2022 Беспорядки в Дагестане провоцируют спецслужбы Украины
29.09.2022 Китайский аналитик предположил, кто мог стоять за терактами на "Северных потоках"
29.09.2022 Папа Римский назвал Запад "самым большим кладбищем человечества"
28.09.2022 В Минобороны объяснили почему российские беспилотники не участвуют в СВО, а вместо них используют любительские квадрокоптеры
28.09.2022 "Демократия больше не считается": США не запретят Украине применять западное оружие там, где шли референдумы
28.09.2022 Опубликованы первые итоги референдумов на участках в России
28.09.2022 Россия подписала соглашение о развитии сотрудничества в области туризма в рамках ШОС
28.09.2022 "В России мобилизовали холод": Украинские военные пожаловались на нехватку зимней экипировки
27.09.2022 Шведский сейсмоцентр сообщил о подводных взрывах в районе утечек на "Северном потоке"
27.09.2022 "И все на пособии": население Германии увеличилось до 84 миллионов человек за счет украинцев
26.09.2022 Три тысячи человек вышли на митинг Германии, требуя нормализации отношений с Россией и запуска "Северных потоков"
26.09.2022 Глава МИД Венгрии Сийярто констатировал полный провал санкционной политики ЕС
26.09.2022 ЦИК ДНР и ЛНР признали референдумы по вхождению в состав России состоявшимися
26.09.2022 "Посыпались": на выборах в парламент Италии побеждает умеренная правоцентристской коалиции
26.09.2022 Российские ученые создают технологии управления погодой
23.09.2022 Экс-советник президента США Рейгана Бэндоу призвал не пускать Украину в НАТО
23.09.2022 Минобороны назвало приоритетные для мобилизации военные специальности
23.09.2022 В Госдуме предложили провести в РФ «культурную мобилизацию»
Новости
29.09.2022 Официальное заявление Движения "Новая Евразия" по поводу референдумов
29.09.2022 Протестующие в Чехии потребовали прямых соглашений с Россией о поставках газа
29.09.2022 Беспорядки в Дагестане провоцируют спецслужбы Украины
29.09.2022 Китайский аналитик предположил, кто мог стоять за терактами на "Северных потоках"
29.09.2022 Папа Римский назвал Запад "самым большим кладбищем человечества"
28.09.2022 В Минобороны объяснили почему российские беспилотники не участвуют в СВО, а вместо них используют любительские квадрокоптеры
28.09.2022 "Демократия больше не считается": США не запретят Украине применять западное оружие там, где шли референдумы
28.09.2022 Опубликованы первые итоги референдумов на участках в России
28.09.2022 Россия подписала соглашение о развитии сотрудничества в области туризма в рамках ШОС
28.09.2022 "В России мобилизовали холод": Украинские военные пожаловались на нехватку зимней экипировки
27.09.2022 Шведский сейсмоцентр сообщил о подводных взрывах в районе утечек на "Северном потоке"
27.09.2022 "И все на пособии": население Германии увеличилось до 84 миллионов человек за счет украинцев
26.09.2022 Три тысячи человек вышли на митинг Германии, требуя нормализации отношений с Россией и запуска "Северных потоков"
26.09.2022 Глава МИД Венгрии Сийярто констатировал полный провал санкционной политики ЕС
26.09.2022 ЦИК ДНР и ЛНР признали референдумы по вхождению в состав России состоявшимися
26.09.2022 "Посыпались": на выборах в парламент Италии побеждает умеренная правоцентристской коалиции
26.09.2022 Российские ученые создают технологии управления погодой
23.09.2022 Экс-советник президента США Рейгана Бэндоу призвал не пускать Украину в НАТО
23.09.2022 Минобороны назвало приоритетные для мобилизации военные специальности
23.09.2022 В Госдуме предложили провести в РФ «культурную мобилизацию»
cover image
17.03.2022
Культура
Александр Блок и народная революция


В далекий, теперь уже баснословный год, когда автор этих строк только родился, Евгений Евтушенко, бывший тогда еще советским поэтом, а не антисоветчиком в клоунской кепке, так написал об интеллигенции Серебряного века, подвергшей Блока обструкции за признание Советской власти:


Вам, кто руки не подал Блоку,


затеяв пакостную склоку


вокруг "Двенадцати", вокруг


певца, презревшего наветы,


вам не отмыть уже навеки


от нерукопожатья - рук.


.......


Для мелюзги всегда удача


руки надменной неподача


тому, кто выше мелюзги.


Всегда слепцы кричат: "Продался!"


тому, кто вглядом вдаль продрался,


когда не видно им ни зги.


Затем Евтушенко, правда, сам примкнул к столь презираемой им в 1970-м году «мелюзге», «слепцам», которым не дано поняться до уровня Художника, слушающего «музыку времен»... Этим и отличается небольшой ухватистый талантик от гения. Первый очень часто, по причинам слабости к бытовым удобствам и к глупой славе, легко предает высокие идеи, которые на мгновенье открылись ему в «волшебном кристалле» вдохновенья.


Но вернемся к Александру Блоку, которому, кстати, в ноябре прошлого года исполнился 131 год. Блоковский поворот к большевикам, действительно, был ударом для людей его круга – Мережковского, Гиппиус, Философова и прочих томных девушек в платьях и штанах, любивших мудрёно рассуждать о гностицизме, мистике и творческом экстазе и называвших себя по последней французской моде символистами. Блок был единственным гением среди них (как Маяковский - у футуристов, Есенин - у имажинистов), он был знаменем школы символистов, он был тем, что лукаво-богословствующая и словоблудящая толпа из писателей и поэтов средней руки могла предъявить в качестве свидетельства истинности и плодотворности свой эстетической программы. Чуть ниже, но рядом с ним были лишь Брюсов и Белый, но к ужасу Гиппиус, любившей звать себя «Антоном» и её бородатой жены - Мережковского и Брюсов с Белым приняли Октябрьскую революцию. По-своему, с истерическими вывертами, но приняли!


Причем нельзя сказать, что Гиппиус, Мережковский и их друзья были ярыми консерваторами, охранителями царской старины, истово ненавидевшими революцию как таковую. Напротив, они куда больше Блока заигрывали с огненной стихией социального мятежа и водили дружбу не с кем-нибудь, а с эсэрами-террористами. В частности, со знаменитым Борисом Савинковым, который, отдыхая в Париже между убийствами царских министров, писал слёзно-мутные повестушки с образами из Апокалипсиса. Интересно кстати, что после Великого Октября и Савинков, как и его декаденствующие приятели, оказался в рядах антибольшевистских сил и воевал на стороне белых, против социалистической власти и народа, хоть и называл себя «социалистом» и «народником».


Получается, разница между Блоком с одной стороны и Мережковским с другой не в том, что первый принял революцию, а второй желая сохранить этическую девственную чистоту, отверг её. Нет, они оба приняли сначала Февральскую революцию (Блок даже входил в комиссию, которую образовало Временное правительство для расследования вопроса о «предательстве царской семьи в пользу Германии»). Но, приняв эту интеллигентскую, верхушечную «революцию», по сути, политический переворот, Блок в ней быстро разочаровался, а кода на смену ей пришла как девятый вал настоящая, народная революция, он решил быть со своим народом. А Мережковский с Гиппиус – отказались, назвав этот народ «толпами хамья». Об этом хорошо написал Евтушенко в уже процитированном мной стихотворении:


Художник, в час великой пробы


не опустись до мелкой злобы,


не стань Отечеству чужой.


Да, эмиграция есть драма,


но в жизни нет срамнее срама,


чем эмигрировать душой.


Поэт - политик поневоле.


Он тот, кто подал руку боли,


он тот, кто понял голос голи,


вложив его в свои уста,


и там, где огнь гудит, развихрясь,


где людям видится Антихрист,


он видит все-таки Христа.


Сам Евтушенко, кстати, как мы теперь знаем, «великой пробы» не выдержал, до «мелкой злобы» опустился и стал «Отечеству чужой»...


У Блока есть замечательная по содержанию статья – «Интеллигенция и революция», написанная в январе 1918 года и напечатанная в лесоэсеровской газете «Знамя труда» (Блок был не большевиком, а левым мистиком-народником и среди партий многопартийной еще Советской власти ему были ближе левые эсеры). В этой статье поэт полемизирует с теми своими знакомцами из интеллигентского сословия, кто испугавшись хаоса и буйства революции завопили: «Россия гибнет!», «России больше нет!». Блок не соглашается с этим и говорит пророческие слова: «России суждено пережить муки, унижения, разделения; но она выйдет из этих унижений новой и - по-новому — великой». Так оно и вышло.


Но откуда поэт почерпнул такую уверенность? Полагаю, он верил в силу и мощь своего народа, в его энтузиазм, в целеустремленность и волю вождей, которых выдвинет революционный народ. Короче, Блок верил в творческую состоятельность народной революции.


Он увидел разницу между интеллигентской февральской и подлинно народной, по Блоку – почти космической - революцией Октября: «Теперь, когда весь европейский воздух изменён русской революцией, начавшейся «бескровной идиллией» февральских дней и растущей безостановочно и грозно, .... поток, ушедший в землю, протекавший бесшумно в глубине и тьме, - вот он опять шумит; и в шуме его - новая музыка». И эта революция, охватившая многомиллионные низы империи, революция поднявшегося народа несла с собой не лозунги «парламента», «разделения властей», «конституции», о чем твердили февралисты, а требование .... обновления мира, прихода более справедливой и чистой жизни! ««Дело художника, обязанность художника - видеть то, что задумано – пишет Блок - слушать ту музыку, которой гремит «разорванный ветром воздух». Что же задумано? Переделать все. Устроить так, чтобы все стало новым; чтобы лживая, грязная, скучная, безобразная наша жизнь стала справедливой, чистой, веселой и прекрасной жизнью».


Ни больше, ни меньше! Декадентская интеллигенция ползала по земле, пища о европейских демократических институциях, о национальном демократическом государстве, не идя дальше требований политических свобод a la буржуазная Европа, а народ мечтал о царстве справедливости! И с кем по пути поэтам и художникам – спрашивает Блок – с пресмыкающимися перед обветшалыми кумирами буржуазной Европы, или с народом, рвавшимся в новую эру, в новый эон? Ответ очевиден.


И затем поэт констатирует, будто припечатывая к доске позора своим чеканным словом тех, кто сейчас любит посплетничать об «Октябрьском перевороте»: «Когда такие замыслы, искони таящиеся в человеческой душе, в душе народной, разрывают сковывавшие их путы и бросаются бурным потоком... - это называется революцией. Меньшее, более умеренное, более низменное - называется мятежом, бунтом, переворотом. Но это называется революцией».


Итак, Октябрьская революция против Февральского переворота. Народная стихия против интеллигентского кривлянья с красными бантами на лацканах. Принять путь восставшего народа – значит последовать за высшими гениями русской национальной культуры – уверен Блок. «Передо мной - Россия: та, которую видели в устрашающих и пророческих снах наши великие писатели, тот Петербург, который видел Достоевский; та Россия, которую Гоголь назвал несущейся тройкой» и писал он и заключал: «Русские художники имели достаточно «предчувствий и предвестий» для того, чтобы ждать от России именно таких заданий. Они никогда не сомневались в том, что Россия — большой корабль, которому суждено большое плаванье. Они, как и народная душа, их вспоившая, никогда не отличались расчётливостью, умеренностью, аккуратностью.... Для них, как для народа, в его самых глубоких мечтах, было все или ничего».


Вадим Валерианович Кожинов еще в 90-е годы открыл тот факт, который усердно замазывали в былые времена те, кто хотели превратить историю Великой Революции в хрестоматийный глянец. В 1917-1921 годах борьба велась не между революционерами, мечтавшими о социализме и коммунизме, и белыми – реакционерами, желавшими вернуть монархию и старый строй. Реакционеры, монархисты, черносотенцы проиграли свою борьбу в марте 1917, когда царь отрекся от престола. С октября 1917 друг другу противостояли не роялисты и революционеры, а сторонники Октябрьской революции и Февральского переворота, как об этом и написал Блок в «Интеллигенции и революции». «Белыми» (на манер французских роялистов) защитников Учредительного собрания и объявленной им «Российской демократической республики» именовали только большевики, желая уличить их в том, что они якобы мечтают о «царском троне». Сами же колчаковцы, деникинцы и врангелевцы именовали себя «добровольцами», «демократами», «русскими националистами». И были они за демократию европейского типа. Некоторые из них, правда, желали установления монархии, но не той, что была в России до февраля, а конституционной, на английский манер, с парламентом.


Понятно, что эти идеи, конституционализм, либеральный национализм, парламентаризм были мало понятны простым крестьянам, которые и слов-то таких не знали. Крестьянам гораздо яснее были большевистские лозунги о земле, мире и власти Советов. Крестьянами двигала вековечная мечта о царстве справедливости, отразившаяся в фольклоре, сказаниях и песнях, в многочисленных народных ересях, что так ярко изобразил Бердяев в «Истоках и смысле русского коммунизма». И Блок, принял Октябрьскую революцию и Советскую власть, встав на сторону этого народа, в отличие от своих бывших сотоварищей – писателей и поэтов-декадентов Серебряного века, взявших сторону февралистов – представителей обуржуазившихся высших классов. Те вопили, что «победил хам!». Надо сказать, действительно, народное возмущение сопровождалось перехлестами и даже варварством и вандализмом – это правда, которую тоже скрывать нельзя. Восставшие крестьяне, рабочие, солдаты сжигали библиотеки, уничтожали шедевры искусства в дворцах и имениях, которые они занимали. Революционная стихия, как и вешняя вода, не может не нести с собой и грязную пену и мусор. И Блоку не меньше, чем антисоветчикам-декадентам, было горько видеть это. Поэт был далек от того, чтоб оправдывать вандалов. Но он понимал, что такому поведению есть свои причины. В той же статье Блок пишет: «Почему гадят в любезных сердцу барских усадьбах? - Потому, что там насиловали и пороли девок: не у того барина, так у соседа. Почему валят столетние парки? - Потому, что сто лет под их развесистыми липами и кленами господа показывали свою власть: тыкали в нос нищему - мошной, а дураку - образованностью». При этом Блок уверен: революция, как и всё, имеющее в своей основе высокую мечту, в итоге переплавит зло в добро. Открыв широчайшие перспективы детишкам крестьян, рабочих, извозчиков, прачек, кухарок, революция породит новую культуру – достойную наследницу старой и дети тех, кто жег в 1918 библиотеки и столетние парки в барских усадьбах, сами станут учеными, писателями, поэтами, педагогами, инженерами.


Вслушайтесь, какая вера в творческую силу народа сквозит в словах поэта! «Не бойтесь разрушения кремлей, дворцов, картин, книг. Беречь их для народа надо; но, потеряв их, народ не всё потеряет. Дворец разрушаемый - не дворец. Кремль, стираемый с лица земли, - не кремль. Царь, сам свалившийся с престола, - не царь. Кремли у нас в сердце, цари - в голове». Так и должно быть, Блок ведь – великий русский поэт, а великий художник всегда отталкивается от народной культуры, его творчество народно, он с народом связан теснейшей и глубинной связью.


И Блок оказался прав. Появились из выпущенного на свободу половодья народного крестьянские сыны – поэт Твардовский, полководец Жуков и тысячи, тысячи тех, без кого уже невозможно представить русскую культуру, культуры других народов СССР.


А что же старорежимные интеллигенты, гордившиеся своей «культурностью», и не подавшие руки Блоку, поскольку он-де «продался хамам»? Возьмем, к примеру ту же Гиппиус. В 1918 году он подарила знакомцу по символистскому цеху свой сборник «Последние стихи», буквально нашпигованный ядом ненависти к Октябрьской революции. Блок еще довольно осторожно и мягко на него отреагировал:


И что Вам, умной, за охота


Швырять в них солью анекдота,


В них видеть только шантрапу?


Мог бы и посильнее что-нибудь сказать. Совсем другие слова, похлеще, вспоминаются, когда читаешь эти злобные строфы:


Мысли капают, капают скупо,


нет никаких людей...


Но не страшно... И только скука,


что кругом - все рыла тлей.


Тли по мартовским алым зорям


прошли в гвоздевых сапогах.


«Мартовские алые зори» - это идеалы февральской революции (по новому стилю она была в марте). А «нелюди» с «рылами» - это …. родной русский народ в серых шинелях с большевистскими красными флагами… Настоящий, реальный народ, а не тот цветистый лубок, который за него принимали завсегдатаи декадентских салонов.


Для этой «восставшей черни» «изящная» символистская поэтесса не жалеет самых грубых ругательств. Они у нее и «дьяволы и псы», и «ночная стая» и «серые обезьяны»!


Ночная стая свищет, рыщет,


Лед по Неве кровав и пьян...


О, петля Николая чище,


Чем пальцы серых обезьян!


«Петля Николая» - это та самая петля, которой были удушены декабристы – Пестель с товарищами по приказу Николая Первого. Стихотворение Гиппиус обращено к декабристам (она даже называет их – «Рылеев, Трубецкой, Голицын») и как бы упрекает их: «смотрите что творит ваш «освобожденный народ»! Теперь ей «певице Свободы» Гиппиус мил уже Николай с его виселицами и шпицрутенами! Теперь она желает, чтоб «хамье» загнали в «старый хлев самодержавия», который декадентка еще недавно проклинала:


И скоро в старый хлев ты будешь загнан палкой,


Народ, не уважающий святынь!


Кстати сказать, что за святыни имеет в виду дама, которая воспевала со своим мужем половые извращения и мерзкий антихристианский оккультизм? Известно какие – для этих господ нет ничего святее западной, либеральной, буржуазной «демократии» - с парламентом, с чинными депутатами, со спорящими о процедурах в то время как народ продолжает бедствовать. Казалось бы, кому придет в голову поэтизировать, воспевать громоздкую политическую машину с трудно произносимым и еще труднее лезущим в стих названием «Учредительное собрание»? Но Гиппиус смогла!


Наших дедов мечта невозможная,


Наших героев жертва острожная,


Наша молитва устами несмелыми,


Наша надежда и воздыхание, -


Учредительное Собрание, -


Что мы с ним сделали...?


Разве способна понять эта «либеральная Муза» слова Блока о народе, мечтающем о справедливости и о том, что настоящий художник должен быть непременно на стороне мечтающего и страдающего народа? Она ж настоящая зомбированная сектантка, только сектанты хоть Богу молятся, скудно и худо ими понимаемому, а наши интеллигенты-декаденты – Учредительному Собранию! Понятно, что Ленин на пару с матросом Железняком распустившие это собрание (поскольку для них оно было никаким не Богом, а кучкой политиканствующих буржуа, не имеющих отношения к истинному народному волеизъявлению) – «ужасные кощунники», которым «прощения нет».


И как же кончили эти господа, проклявшие свой народ, объявившие его «обезьянами» и «хамами»? Плохо кончили. Господин Мережковский – муж Гиппиус - тем, что в оккупированном немцами Париже по радио приветствовал Адольфа Гитлера сравнив усатого фюрера с ... Жанной д` Арк! Его поклонники уверяют, правда, что не в Париже, а в Биарицце, и не Гитлера с Жанной д` Арк, а Сталина с антихристом. Но при этом он сделал это в присутствии немцев, вызвав их аплодисменты, в то время, когда его стране грозило немецкое вторжение! Это ли не коллаборационизм?


Зинаида Николаевна недалеко ушла от мужа. Правда и её нынешние антисоветчики-литературоведы пытаются «отмазать». Пишут, что она осудила речь мужа, что в своих дневниках обзывала немцев «черными роботами». Но давайте заглянем в эти ее дневники. Июнь 41 года. Гиппиус получила известие о нападение Германии на Россию-СССР, на её Родину, что ни говори. Гиппиус пишет: «Два слова только: сегодня Гитлер, завоевавший уже всю Европу, напал на большевиков. Фронт — от Ледовитого океана до Черного моря. Помогают Финляндия, Румыния и др. Объявление войны любопытно». То есть Гитлер у неё напал не на Россию, а «на большевиков» и ей, видите ли, любопытно, чем же все кончится? Будто речь не о родном народе, а о подопытном лабораторном животном.


Ах да, она же сама в «Последних стихах» называла всю Россиюпомимо горстки демократствующих декадентов и декадентствующих политиков «серыми обезьянами». Ненависть к своему народу всегда только так и кончается. Тем, кто сегодня осуждает поэта Блока за то, что он принял советскую народную революцию стоит подумать о бесславном конце «руки не подавших» Блоку.


Рустем Вахитов


Рустем Вахитов