стрелка
Новости
26.09.2022 "Посыпались": на выборах в парламент Италии побеждает умеренная правоцентристской коалиции
26.09.2022 Российские ученые создают технологии управления погодой
23.09.2022 Экс-советник президента США Рейгана Бэндоу призвал не пускать Украину в НАТО
23.09.2022 Минобороны назвало приоритетные для мобилизации военные специальности
23.09.2022 В Госдуме предложили провести в РФ «культурную мобилизацию»
22.09.2022 Рахмон высоко оценил саммит ШОС в Самарканде
22.09.2022 Норов поздравил ОАЭ с получением статуса партнера по диалогу ШОС
22.09.2022 Провал дилетантов: Минфин США ищет специалиста по санкциям
22.09.2022 Частичная мобилизация в России происходит из-за активного участия НАТО
22.09.2022 Никто не может лишить Россию ее роли в ООН, - МИД Китая
21.09.2022 Банки Казахстана, Вьетнама и Армении приостановили прием карт «Мир» следом за Турцией
21.09.2022 Болгария меняет политический курс в сторону пророссийского из-за бытовых проблем и нехватки газа
21.09.2022 Ученые России и Ирана разработали новый способ очистки вод от химикатов
21.09.2022 В российскую армию мобилизуют 300 тысяч резервистов
21.09.2022 Объявлены потери России и Украины в ходе спецоперации
19.09.2022 Главы государств ШОС завершили заседание саммита в расширенном составе
19.09.2022 Минздрав Киргизии заявил о росте числа погибших в ходе конфликта
19.09.2022 Азербайджан вторгся на территорию Армении на 7,5 км
19.09.2022 Президент Ирана заявил о сближении стран благодаря санкциям
16.09.2022 Вместо того, чтобы делиться зерном, Запад предлагает африканцам есть личинок и жуков
Новости
26.09.2022 "Посыпались": на выборах в парламент Италии побеждает умеренная правоцентристской коалиции
26.09.2022 Российские ученые создают технологии управления погодой
23.09.2022 Экс-советник президента США Рейгана Бэндоу призвал не пускать Украину в НАТО
23.09.2022 Минобороны назвало приоритетные для мобилизации военные специальности
23.09.2022 В Госдуме предложили провести в РФ «культурную мобилизацию»
22.09.2022 Рахмон высоко оценил саммит ШОС в Самарканде
22.09.2022 Норов поздравил ОАЭ с получением статуса партнера по диалогу ШОС
22.09.2022 Провал дилетантов: Минфин США ищет специалиста по санкциям
22.09.2022 Частичная мобилизация в России происходит из-за активного участия НАТО
22.09.2022 Никто не может лишить Россию ее роли в ООН, - МИД Китая
21.09.2022 Банки Казахстана, Вьетнама и Армении приостановили прием карт «Мир» следом за Турцией
21.09.2022 Болгария меняет политический курс в сторону пророссийского из-за бытовых проблем и нехватки газа
21.09.2022 Ученые России и Ирана разработали новый способ очистки вод от химикатов
21.09.2022 В российскую армию мобилизуют 300 тысяч резервистов
21.09.2022 Объявлены потери России и Украины в ходе спецоперации
19.09.2022 Главы государств ШОС завершили заседание саммита в расширенном составе
19.09.2022 Минздрав Киргизии заявил о росте числа погибших в ходе конфликта
19.09.2022 Азербайджан вторгся на территорию Армении на 7,5 км
19.09.2022 Президент Ирана заявил о сближении стран благодаря санкциям
16.09.2022 Вместо того, чтобы делиться зерном, Запад предлагает африканцам есть личинок и жуков
cover image
08.08.2022
Доктрина
Парадоксы русского национал-ориентализма

«Мама, мы все тяжело больны!» — пел один, по всей видимости, представитель Востока на Руси Советской, посланник музыкальной Орды с раскосыми и жадными очами. Он попал в самую точку: все мы чем-нибудь да больны. Как ни выделывай вербальный манифест своей идеологии, какая-нибудь помарка да отыщется; дефектик, «баг», про который никак не сказать, что он «фича», и глупо отрицать наличие таких помарок и багов в дискурсе отечественных националистов. 


Главная беда их — фанатичный ориентализм. О ней проще поговорить на примере. По счастью, очень академическом примере. Сравнительно недавно в одном научном журнале вышла статья за авторством Боброва И. В. и Михайлова Д. А. — «Ориентализм в идеологии современного русского национализма». В тексте подробно, хотя и со специфичной выборкой, рассматриваются особенности ориентализма Дмитрия Галковского, Константина Крылова, Егора Холмогорова и некоторых авторов со «Спутника и Погрома». 


Нам сейчас не очень интересен, скажем так, практический ориентализм, где много неопрятной, хотя порой действительно требующей дискуссии болтовни по поводу «восточных» проблем Средней Азии в контексте российской миграционной политики. Гораздо важнее теоретическая подшивка этого «ориентализма»: само по себе методологическое, философское упование на обязательность противопоставления неких «Востока» и «Запада», словно это какие-то безусловно существующие сущности, а скорее даже божки с чётко обозначенными признаками и функциями. А ещё важнее – какие впечатляющие умозаключения выводятся из этой громадной и неотёсанной ориенталистской предпосылки. 


Например, дискурс националистов в целом обогащается причудливым наложением на дихотомию «Востока» и «Запада» идеи загнивания Запада и нравственного и геополитического падения Европы. Из суммы всех этих идей следует, что Россия (которая обязательно должна быть именно что Западом и Европой!) является последней по-настоящему европейской и действительно западной державой. И далее этот нарратив повторяется уже в сопровождении известных культурных стереотипов, которые являются якобы непреодолимой преградой между любыми примерами «Западных» и «Восточных» государств, а также мифологемами по поводу некоего очень аккуратно и удобно выделяемого «европейского наследия»… 


Внезапно, всецело «европейским» и даже «западным» наследием оказываются философия Древней Греции, византийская государственность и христианская религия! Впрочем, к вере в то, что последние три аспекта каким-то мистическим образом тоже являются продуктами исключительно «Запада» привыкли далеко не только националисты. Это очень распространённое клише, хотя если хоть немного вдуматься, оно, по меньшей мере, требует множества серьёзных уточнений. 


Да и в конце концов, если уж мы так любим те вещи, которые просочились в наш цивилизованнейший европейский мир не в последнюю очередь благодаря Римской Империи (даже идеологему «Третий Рим» мы, кажется, любим скорее из-за «Рима», нежели из-за чего-то «Третьего»), тут ведь тоже возникает вопрос: а что корректнее называть генеалогическим истоком «Запада» — Рим или сокрушивших его «варваров»? Или те «варвары», бывшие что культурно, что географически западнее и севернее Рима, тоже вдруг «Восток»? В случае любого однозначного ответа на так поставленный вопрос следовало бы забросать европоцентричного националиста ещё кучей вопросов: а почему? а как это определяется? — и чётких ответов уже не получить.


К слову о «внутреннем Востоке Европы». Увлекаясь ориенталистским языком описания, националисты заворачивают в свой дискурс ещё больше ориентализма. Например, к проблемам, обеспечившим падение Запада и Европы относят именно что проникновение туда «Востока». Причём не столько физическое проникновение — с этим, пожалуй, было бы глупо спорить, учитывая все катастрофы миграционной политики Европы. Чаще же речь идёт о метафизическом «внутреннем Востоке» Европы. Этот мотив также подчёркивается в упомянутой статье Боброва и Михайлова, и он действительно очень часто появляется в текстах некоторых националистов, которые доводят свой ориентализм до такого абсурда, что любые чисто внутренние проблемы Европы сводятся к какой-то экзистенциальной Азиатчине. 


Так, в работе «Восемьдесят лет вместо» Галковского в азиатчине обвиняется чуть ли не всё русское крестьянство — естественно, за поддержку большевизма. И это притом, что Галковский прекрасно понимает, насколько спорен факт всецелой поддержки большевизма крестьянством; и это притом, что Галковский не может не знать, что Февральская революция — во многом обеспечившая саму возможность Октября, — была задумана и совершена ну совсем не крестьянством, и обвинять крестьян в предательстве кого-либо после всех предательских игр во властных верхах… ну, как минимум небрежно; наконец, если Галковский и проявляет некоторое понимание того, что интеллигенция, ошпарив страну большевизмом, заигрывала с «Востоком» (сразу перед глазами встаёт образ Александра Блока), то у него и здесь почему-то виноват… Восток! Не интеллигент, придумавший определённый мифический образ какого-то края мира, наделивший его определёнными чертами и (по логике Галковского) заразившийся этими-то чертами, а сам Восток. Вина с интеллигента, который увлёкся, в общем-то, очень западной модой воображения Востока, как будто бы вовсе снимается. Ведь как можно обвинять в чём-то Запад — настоящий, неазиатский Запад? 


Мы уже сильно соскочили с пересказа основных мотивов статьи Боброва и Михайлова, и на секундочку к ним вернёмся. Мировоззрение Галковского в этом смысле не менее парадоксально, чем мировоззрение Константина Крылова: ведь тот (подчёркивают авторы), будучи автором аналитической статьи, сопровождавшей русский перевод работы Эдварда Саида «Ориентализм» (той самой, в которой все эти ориентализмы с жестокостью изобличались), не просто не отказывается от своего мировоззрения, но только укрепляется в нём. 


Казалось бы, один из умнейших мужей отечества, владелец золотого ключика — как в виде собственной одноимённой серии книг, так и в виде формальной логики, в которой Крылов был очень подкован и многое понимал в рамках философии языка и распутывания различных языковых ловушек, — человек, у которого во множестве речей и текстов можно найти мириады отсылок к отсутствию этой дряхлой дихотомии «Восток — Запад», — и именно этот человек искренне верил в реальность воображаемого им «Востока».  


С другой стороны, благодаря таким примерам понятно, почему у националистов интеллектуальном калибром поменьше говорильня по поводу «Востока» и «Запада» сводится к ещё большим глупостям и каламбурам. Ведь даже тот рядовой националист, который безусловно лучше и мудрее обыкновенного белого расиста, идеологически от него не столь далёк в силу ровно одной совершенно бессмысленной предпосылки, будто «Восток» прям-таки природно ни на что не способен (напоминаем, «Восток» у этого националиста — буквально всё за пределами условной Европы и России). Хотя даже бегло пролиставшему учебник истории школьнику известно, какой след в истории оставили всякие, получается, «Восточные» цивилизации. Включая те, что породили и донесли до нас «европейскую» Христианскую веру.  


Право, сюр какой-то. Интересный, порой даже красивый, а может местами в чём-то и правдивый, но — сюр. Изнутри такого мировоззрения он, конечно, сюром не кажется, но как попытаешься как-то ухватиться за дискурс, пересказать его эдак со стороны, и, кажется, он сплошь состоит либо из логических ошибок, либо из таких философских натяжек, которые в теории могли бы сделать дискурс более последовательным, но на практике не могут не плодить ещё большего количества ошибок. 


Впрочем, выше мы обмолвились, что ориентализм русских националистов — баг, который сложно выдать за фичу. Если вдуматься, это не совсем так. Он и фича тоже. Как мы видим хотя бы на примере Крылова и Галковского, даже у таких безусловно неглупых людей их условный «национализм» во множестве случаев просто непредставим без ориентализма. И это показательно.


То есть: в теории-то можно представить себе «русский национализм» вообще без упоминания слов «Европа», «Запад», «Восток», разговоров о европейском наследии и азиатских деспотиях. Можно было бы просто развязать эти логические узлы, или изменить подход к этой проблематике путём создания какой-нибудь новой, куда более сложной нотации, где «Западом» по неведомым признакам не будут называться одновременно Древняя Греция, Древний Рим, «варвары» Европы и джентльмены США. Нотации, благодаря которой ты не будешь чувствовать себя прям-таки обязанным отнести ту или иную страну в тот или иной период либо строго к «Западу», либо строго к «Востоку». Да вспомните хотя бы о Севере! (Впрочем, эта подсказка опасная: когда в последний раз европейцы хорошенько вспоминали о «Севере», получилось ещё более догматическое представление о гиперборейских нордических арийцах; по-другому к «Северу» пытался подойти Константин Крылов в труде «Поведение» и Егор Холмогоров в пересказах этого труда в текстах и роликах.)  


Религиозный образ «Востока», которым виднейшие националисты пугают читателей и самих себя, будучи вложенным в причудливую дихотомию «Запад — Восток» и весь тот европоцентричный язык описания, есть уже не просто дополняющая идеологию национализма поэтическая мифология, не эффективный инструмент для ведения пропаганды и привлечения внимания, но чуть ли не столп «русского национализма», каким его сегодня знаем мы. Причём столп чрезвычайно устаревший, не столп даже, а трухлявое бревно, подставленное под шаткую крышу веранды с красивой кровлей, ведь даже местами справедливо критикуемый правыми марксизм будет помоложе умственно нетрезвых разговоров о Востоке да Западе.


И что ж останется от такого русского национализма — скорее даже, «русского национал-ориентализма», — если представить его без этого столпа?...


Галковский как-то изрёк забавный афоризм: ««русский национализм» это и есть украинцы». В том как Галковский это понимал, была своя логика: он таким образом упрекал один интернет-диалог Константина Крылова и Егора Просвирнина в наличии «украинского хамства» и других отпечатках «свидомости», которые нет-нет да и промелькнут в иных проявлениях русского национализма. Порой, признаемся, этот афоризм может показаться очень соблазнительным и внушить некоторую веру — хотя и он глуп, с какой стороны к нему ни подкопайся. 


Но шутки ради, этот посыл можно развить: ведь даже тот «русский национализм», который волей-неволей исповедует Дмитрий Евгеньевич, тоже сильно напоминает национализм «украинский». И именно из-за обильного европоцентризма и мифического образа Востока. Не зря иные украинские нацисты и подбадривающие их головы из-за бугра сегодня так спамят смехотворной идеологемой: «Мы — Киевская Русь, форпост Европы против варварского Востока и Московской чекистской Орды!...». И уж их-то дискурс без этого идейного столпа совершенно точно не устоит даже на самом слабеньком ветру. Как могут не бояться этого националисты русские, в то время как сами приговаривают, как герои сериала «Шерлок» — «грядёт восточный ветер»? 


Ведь привлекательность ориентализма даже в совсем абсурдных контекстах доказывает отнюдь не объективное интеллектуальное величие европоцентричной идеологии, но исключительно её звучность как определённой риторики, чарующей читателя, зрителя и слушателя несмотря на все очевидные противоречия. Делать ставку на выдаваемую за логику риторику — опасно. Опасно — прежде всего для внутренних сил националистической идеологии. 


И в таком случае Восточный ветер действительно грядёт, но совсем не так, как ожидают националисты. Не совсем с Востока и совсем не ветер. 


Артём Канаев