стрелка
Новости
26.09.2022 "Посыпались": на выборах в парламент Италии побеждает умеренная правоцентристской коалиции
26.09.2022 Российские ученые создают технологии управления погодой
23.09.2022 Экс-советник президента США Рейгана Бэндоу призвал не пускать Украину в НАТО
23.09.2022 Минобороны назвало приоритетные для мобилизации военные специальности
23.09.2022 В Госдуме предложили провести в РФ «культурную мобилизацию»
22.09.2022 Рахмон высоко оценил саммит ШОС в Самарканде
22.09.2022 Норов поздравил ОАЭ с получением статуса партнера по диалогу ШОС
22.09.2022 Провал дилетантов: Минфин США ищет специалиста по санкциям
22.09.2022 Частичная мобилизация в России происходит из-за активного участия НАТО
22.09.2022 Никто не может лишить Россию ее роли в ООН, - МИД Китая
21.09.2022 Банки Казахстана, Вьетнама и Армении приостановили прием карт «Мир» следом за Турцией
21.09.2022 Болгария меняет политический курс в сторону пророссийского из-за бытовых проблем и нехватки газа
21.09.2022 Ученые России и Ирана разработали новый способ очистки вод от химикатов
21.09.2022 В российскую армию мобилизуют 300 тысяч резервистов
21.09.2022 Объявлены потери России и Украины в ходе спецоперации
19.09.2022 Главы государств ШОС завершили заседание саммита в расширенном составе
19.09.2022 Минздрав Киргизии заявил о росте числа погибших в ходе конфликта
19.09.2022 Азербайджан вторгся на территорию Армении на 7,5 км
19.09.2022 Президент Ирана заявил о сближении стран благодаря санкциям
16.09.2022 Вместо того, чтобы делиться зерном, Запад предлагает африканцам есть личинок и жуков
Новости
26.09.2022 "Посыпались": на выборах в парламент Италии побеждает умеренная правоцентристской коалиции
26.09.2022 Российские ученые создают технологии управления погодой
23.09.2022 Экс-советник президента США Рейгана Бэндоу призвал не пускать Украину в НАТО
23.09.2022 Минобороны назвало приоритетные для мобилизации военные специальности
23.09.2022 В Госдуме предложили провести в РФ «культурную мобилизацию»
22.09.2022 Рахмон высоко оценил саммит ШОС в Самарканде
22.09.2022 Норов поздравил ОАЭ с получением статуса партнера по диалогу ШОС
22.09.2022 Провал дилетантов: Минфин США ищет специалиста по санкциям
22.09.2022 Частичная мобилизация в России происходит из-за активного участия НАТО
22.09.2022 Никто не может лишить Россию ее роли в ООН, - МИД Китая
21.09.2022 Банки Казахстана, Вьетнама и Армении приостановили прием карт «Мир» следом за Турцией
21.09.2022 Болгария меняет политический курс в сторону пророссийского из-за бытовых проблем и нехватки газа
21.09.2022 Ученые России и Ирана разработали новый способ очистки вод от химикатов
21.09.2022 В российскую армию мобилизуют 300 тысяч резервистов
21.09.2022 Объявлены потери России и Украины в ходе спецоперации
19.09.2022 Главы государств ШОС завершили заседание саммита в расширенном составе
19.09.2022 Минздрав Киргизии заявил о росте числа погибших в ходе конфликта
19.09.2022 Азербайджан вторгся на территорию Армении на 7,5 км
19.09.2022 Президент Ирана заявил о сближении стран благодаря санкциям
16.09.2022 Вместо того, чтобы делиться зерном, Запад предлагает африканцам есть личинок и жуков
cover image
15.09.2022
Аналитика
История антирусских экономических санкций: От Древней Руси до товарища Сталина

Экономическое противостояние между странами – явление не новое. Бывало всякое. В древнем мире всё решалось старыми добрыми войнами. Война решала экономические проблемы. Как в том фильме: «Добрым словом и пистолетом». 


Первые признаки именно экономического давления ощутила на себе в Раннее средневековье молодая русская конфедерация. В то время на востоке и юге давили в основном «набеговые экономики»: хазары, половцы, потом монголы, а на западных границах всё обстояло иначе. Почти все случаи экономического давления на Русь, Московию, Российскую империю и Советский союз исходили от «западных партнеров».


Самой распространенной формой экономического давления было эмбарго. Это испанское слово появилось в XII веке. Именно тогда папа римский Александр III созывает Третий Латеранский собор. Строгим голосом зачитывается булла: запретить торговлю с мусульманами, еретиками, евреями и прокаженными. Через сто лет и Русь ощутит на себе «западное экономическое оружие».


Первые атаки

Под санкции попадали чаще всего северо-западные княжества: Новгородское и Псковское. Именно они были средневековыми торговыми локомотивами.


Первое летописное упоминание об эмбарго против Новгородского княжества относится к 1137 году. Тогда чуть ли не ежегодно были жуткие неурожаи. Запрет на ввоз зерна и хлеба был первой мерой экономической войны Литвы.


Именно в XII веке в Европе из купеческих гильдий вырастают первые торговые союзы. Они монополизируют важнейшие торговые трафики. К примеру, в первом Ганзейском договоре 1299 года говорилось, что представители Ганзы «впредь не будут обслуживать парусник того купца, который не входит в союз». К концу XIV века Ганза становится главным торговым партнером Новгорода и Пскова.

Новгородское княжество – самая могущественная экономическая сила на Руси. Понятие экономического и политического суверенитета в то время отсутствует. Это приводит к казусам. Дважды, в 1333 и 1389 годах, новгородцы принимают у себя на княжение литовцев: Наримонта Гедеминовича и Симеона Ольгердовича. Им в колониальное владение отдаются наши земли: Ладога, Орешек, Карельский городок, половина Копорья. Особых санкций не потребовалось – достаточно было просто включить феодальные латифундии в состав Литвы.

 

Санкции против Московии

Помимо Ганзы и Литвы за экономикой северной Руси пристально следит Ливония.   Долгий период взаимной торговли сменяется «мерами экономического характера». В 1437 году ливонский орденмейстер запрещает экспорт зерна и хлеба из Прибалтики на Русь. Аннулируются также все ранее заключенные торговые сделки с русскими. Через несколько лет подобный запрет повторяет и ливонский гофмейстер. Это торговое эмбарго действует целых 30 лет.


Молодой Иван III понимает: Ливония и Литва – экономически опасные соседи. Именно они в состоянии централизованно перекрыть сразу весь трафик важных товаров. Особенно явно это становится после 1478 года. «Под руку» великого князя московского отходит Новгородское княжество. Переписывается множество боярских торговых контрактов с Ганзой. Россия неожиданно впервые в своей истории начинает претендовать на Балтийский торговый узел. В Литве, Дании, Швеции, Ливонии бьют тревогу. В конце XV века на одном из Ливонских ландтагов звучит запрет на поставку русским свинца, селитры, пороха, медной и серебряной проволоки. Только так русские никогда не создадут мощную артиллерию! Централизация и суверенизация молодой Московии автоматически приводит к жёсткому экономическому давлению, призванному «сдержать развитие».


Новый век в Европе становится временем активных географических открытий. Мощь экономик напрямую стала зависеть от морской торговли. Зарождающееся массовое мануфактурное производство порождает потребности в сотнях тонн сырья и новых рынках сбыта. На Балтике грызут друг друга Швеция и Дания. Секретные агенты Папы римского и австрийских Габсбургов решают, как прочнее изолировать молодую и дерзкую Московию. В XVI веке даже Испания, активно боровшаяся за морское господство, пытается нанести удар по России. В 1570 году на Франкфуртском соборе Герцог Альба предложил не отправлять в Москву медь и бронзу. Удар по денежной системе, по его плану, должен был охладить триумфальную внешнеполитическую поступь государства Иоанна Грозного. «Железный герцог» посылает агентов в Польшу и Литву, посулами стремясь убедить их «закрыть» границу с Москвой.

Понимая, что западные соседи будут до Второго Пришествия препятствовать поставке сырья и специалистов в Московию, Иван Грозный открывает торговый трафик по Северному морскому пути, через Холмогоры. Когда в 1548 году нанятых Гансом Шлитте западных специалистов на русско-литовской границе поворачивают домой, царь делает ставку на англичан. И вот уже наспех созданная Елизаветой I Московская торговая компания спешно грузит товары на свои корабли.  Королевский посланник Ричард Ченслер был первым архитектором русско-британских торговых отношений. Перед своим разгромом Ливония из последних сил следит за всеми товарами, направляющимися в сторону Москвы. Весной 1561 года сенат Гамбурга оповещает Елизавету Тюдор, что арестовал несколько английских кораблей, груженных пушками для Московского государства. Закрытие для Московии балтийских вод привело к сокращению европейского импорта почти вдвое.  


Вскоре англичане начинают активно колонизировать Сибирь, но получают от ворот поворот.


Разгром Ливонского ордена Иваном Грозным воспринимается Западом как вторая попытка русских подчинить себе Балтийский торговый узел. В 1570 году Швеция и Дания блокируют завоеванную русскими Нарву. Северная торговля вновь парализована. Недолго думая, Грозный в ответ на это нанимает себе личного капера. Им оказывается датчанин Карстен Роде. Царский капер с командой должен был продавать товары с захваченных кораблей. Жалование в 6000 талеров мотивировало обходить санкции. Эдакий пиратский «параллельный импорт» недолго приносит доход.  Компания Роде оказывается ненадежной. Сам он вскоре бесследно исчезает.


В этот момент к экономическим санкциям присоединяется и «информационная кампания по дискредитации». Запад снова заполоняют так называемые «Московские листки».  «Московия – страна тьмы», «…русские ‒ дикари, варвары и царь у них совсем ужас … у него минимум 50 жен, как в турецком гареме», «турки не являются самой страшной угрозой Европе по сравнению с русскими», – читали европейские горожане. Фейки, как водится, оказываются эффективными. Европейские торговцы сокращают объемы импорта в Россию. 

 

Санкции Нового времени

Новый XVII век был крайне драматичным для России: Смута, потом бесконечные войны с Речью Посполитой и Швецией. Однако это было время встречных «жестких экономических мер» со стороны России. 


В 1649 году во время буржуазной революции в Англии казнят короля. В знак протеста царь приказывает закрыть Английский торговый двор. Лондон окончательно теряет статус «главного торгового партнера» России. 


Только к концу правления Алексея Михайловича русская экономика приобретает мануфактурно-государственный характер. Теперь она может себя защитить. Впервые в нашей истории принимаются протекционистские правила в торговых делах. Афанасий Ордин-Нащокин – один из самых искусных дипломатов и разведчиков, – начитавшись «аглицких правил», редактирует Новоторговый устав. Теперь крупное купечество было избавлено от конкуренции и ограничений иностранных торговцев, а отощавшая от постоянных войн казна изрядно начала пополняться.


Новый виток экономической войны против России связан с третьей по счету попыткой выйти в Балтийское море, а также с проектом Петра Первого подчинить себе всю Индийско-Каспийскую торговлю шелком и специями. 

Уникальный экономический проект Петра по созданию балто-каспийского торгового хаба начинается еще в самый разгар Северной войны. Выясняется, что англичане и французы контролируют 87% всего товарного шелка. Из Индии он поступает в Турцию, из Турции – в Европу. Всё чаще английские и французские корабли почти напрямую вывозят специи и сырец в Новый свет. Петру такая статистика не нравится, и он приказывает идти на перехват. Начинается Каспийский поход. Как только французы узнают, что русские «перебивают» торговый путь, они начинают провоцировать Турцию начать войну с Россией. Разгневанный министр иностранных дел Дюбуа пишет французскому послу в Петербурге Кампредону: «Если экспедиция будет несчастлива, то турки выступят против нее… Если она окажется для русских счастливой, то… это приведет к утверждению власти Российского государства на Каспийском море!» Английский посол Стеньян в письме султану более прямолинеен: «Если Порта объявит войну России, то получит денежное вспоможение не только от короля, но и от всего народа английского».


В самый разгар подготовки второго акта Каспийского похода Петр Первый, ничем и никогда до этого не болевший, неожиданно умирает. Шевалье Де Кампредон за несколько недель до смерти пишет на родину странное послание: «В войне или мире, но, если этот государь проживет еще лет десять, его могущество сделается опасным даже для самых отдаленных держав». 


Удивительно, но петровский проект контроля над Каспийской торговлей попробует повторить только Павел Первый. Казаки Павла выдвинутся «в сторону Индии», но будут остановлены новостью, что «император Павел неожиданно умер от апоплексического удара».

 

Экономические атаки в XIX веке

Крупнейшим внешнеторговым ударом в начале XIX века было вынужденное присоединение России к Континентальной блокаде Англии. После 1807 года внешнеторговый оборот между Россией и Англией сократился вдвое.  На внутреннем российском рынке – бешеный дефицит. Растут цены, начинается стремительная инфляция. Затоваривание внутреннего рынка привело к остановке многих суконных, поташных, металлорудных производств. Это привело еще и к стагфляции.


Таким образом, война с Наполеоном 1812 года и Заграничные походы стали единственным шансом на спасение российской экономики.


Уже в 1830 годы – основной внешнеэкономический партнер России – Англия приступила к модернизации протекционистской политики в условиях бурного промышленного переворота и завоевания колоний.  На свет появилось «агрессивное фритрейдерство». Идеолог этой концепции Ричард Кобден в Парламенте не раз заявлял о главном преимуществе его идеи: пользуясь свободой торговли, максимально увеличивать объемы товаров, снижать цены на единицу продукции и захватывать рынки сбыта.

Англичане со своей стороны строго ограничивали хождение русских кораблей. В середине 1830-х годов между Лондоном и Петербургом состоялась напряженная переписка. Русские просили отменить правило, по которому до трети экипажа торговых кораблей должны быть иностранцами. Шеф главной спецслужбы страны Бенкендроф предупреждал: «Внимание нашего правительства, по мнению общему, должна обратить на себя Англия. Ей верить не дóлжно. Мы скоро увидим, что Англия введет монополию и покроет китайское поморье своими таможнями».


Но император Николай I не внял предупреждениям главы Третьего отделения. В период общеевропейского экономического кризиса конца 1840-х годов Россия выкупила английские и французские ценные бумаги. «Я послал английскому банку 4 миллиона золотом, дабы несколько оживить торговлю с нами. Не знаю, удастся ли?» – писал в одном из писем император Николай. В Англии русский император приобретает консолидированные активы на сумму 540 тыс. фунтов стерлингов (3,5 млн. рублей).  Доходность активов была 4,5 % годовых.


Эффект от русских инвестиций был мгновенный. Увеличение ликвидности снизило европейскую инфляцию. Но «западные партнеры» при первой же возможности ударили по России. Начинается Крымская война, англо-американский десант берет Севастополь, Россию вынуждают подписать позорный мирный договор.


В результате поражения дефицит российского бюджета составил 772 миллиона рублей (это в три раза больше доходных статей). Англия и Франция перекрыли для России возможность получения внешних займов. Правительство пыталось выйти из положения и напечатало много облигаций.


Снова выросла денежная масса, деньги стремительно обесценились. О международном инвестировании не было и речи.


В самый разгар Крымской войны империя наносит ответный удар. По указу Николая I вводится запрет на поставку пшеницы в «недружественные страны». Параллельно министерство финансов снижает пошлины на торговлю с Пруссией и Австрией: они теперь «дружественные».


Кое-как экономика восстановится от довоенного уровня только в середине 1870-х гг. Новая Русско-Турецкая война вновь портит показатели.


В это же время Россия выбирает внешнеполитических попутчиков: Англию и Францию. Занимает огромные средства. Уязвленная Германия резко поднимает таможенные тарифы. «Железный канцлер» Отто Бисмарк бьёт по молодым русским инвестициям. В Германии начинается компания по дискредитации русских займов, размещенных на фондовом рынке. Вскоре выходит указ: банкам запрещено выдавать ссуды под залог русских ценных бумаг. Ликвидность российских финансовых активов в Германии летит в пропасть. В ответ на это российские частные инвесторы и государство «уходит» на англо-американские биржи.


В начале XX века Германия продолжает выдавливать русский экспорт. Санитарные законы запрещают ввоз всех видов сырого мяса и соломы из России под предлогом борьбы с эпидемиями.


С 1887 по 1917 год в России начинается и заканчивается «русское экономическое чудо». Два удара по «третьей экономике мира» наносят революция и поражение в Первой мировой войне.  

 

План «Марбург» и миссия Троцкого

После захвата власти Лениным усиливается экономическое давление. Декреты Советской власти провозглашают финансовый суверенитет нового государства: никаких выплат по царским долгам и возврата инвестиций не ждите! Начиная интервенцию, англичане вводят меры торговой блокады против большевистского государства. Торговый оборот за год с 90 миллионов рублей падает до 3 миллионов. Ленин быстро находит способ сохранить средства производства и капиталы на «красной» территории – национализация!


В это время в мире страны-победительницы создают новый мировой порядок. После заключения Версальского договора Англия объявляет о полном запрете всех форм экономических связей с Советской Россией. К экономической изоляции вынуждена подключиться и Германия.


Победа Советов в Гражданской войне – сигнал для капиталистического капитала. В это же время в своем письме американскому президенту Вильсону его помощник Эдвард Хауз пишет: «Россия слишком велика и неоднородна, ее надо свести к Среднерусской возвышенности. Перед нами будет чистый лист бумаги, на котором мы начертаем судьбу русских народов».


План экономической экспансии против социалистических экономик был разработан еще 1903 году при участии Эндрю Картеги и получил название «План Марбург».

В начале 1917 года в США молодой и перспективный «еще даже не большевик» Лев Троцкий неожиданно получает щедрое содержание: машина, дорогие костюмы, гостиницы, роскошные рестораны. Вскоре из средств Карнеги Троцкий получает вспомоществование и отправляется в Россию. В объятой революционным пожарищем стране от империи осталась нефтяная и металлообрабатывающая промышленность, которую необходимо прибрать к рукам. По плану «Марбург» предполагалось «зайти» в бывшие царские активы через участие в концессиях. Троцкий лоббирует перед Лениным эту идею. Вскоре создание концессий становится элементом Новой экономической политики в СССР. Но стремление привлечь иностранные инвестиции имело и обратную сторону.


В 1924 году для умершего Ленина еще не построили первый деревянный мавзолей, а Троцкий уже ведет свою экономическую игру. Он санкционирует передачу американской компании «Лена Голдфилдс» (The Lena Goldfields Limited) массу золотых копий, металлургических предприятий, угольные шахты Кузбасса. Всего за 4 года работы «Леной Голдфилдс» было добыто 1844 пуда золота. Концессионер заработал 13 млн рублей. Почти вся суммы была вывезена из СССР в качестве прибыли. Ни о каком реинвестировании этих денег в советскую экономику, разумеется, речи не было.

 Единственным человеком, забившим в набат, оказался Сталин. «По сути дела мы сдаем в концессию не Ленские прииски, а необъятные территории Восточной и Западной Сибири, - писал тогда он. - Центр договора собственно не в золотых приисках, а в свинце, цинке и меди, имеющих решающее значение для войны». Сталин понял: концессии экономически парализуют развитие СССР на 40-50 лет. Связанное по рукам концессионными договорами государство не создаст свою промышленность и ВПК из-за недостатка ресурсов. Троцкого изгоняют из СССР, в стране начинается небывалая «социалистическая индустриализация».

 

Ля Рю

 В это же время в один из декабрьских дней 1925 года в престижном парижском ресторане «Ля Рю» собирается очень необычная и пестрая компания: германский генерал Макс Гофман, агент британской разведки Георг Эмиль Белл, братья Нобель - племянники знаменитого изобретателя Альфреда Нобеля, и грузинские уголовники-фальшивомонетчики Спиридон Кедиа, Шалва Карумидзе и Васо Садатиерашвили. Под прикрытием главы концерна «Роял Дач» миллионера Генри Детердинка эта группа разрабатывает план экономического удара по молодой советской экономике. План состоит из двух тактов. Во-первых, наводнить СССР фальшивыми червонцами, чем увеличить инфляцию. Во-вторых, вынудить советское правительство продать 60% нефтяных месторождений компании «Роял Дач». И снова «англичанка гадит»: политической диверсией эту попытку делает участие в лоббировании интересов этой компании министра финансов Британии молодого Уинстона Черчилля. 


Фальшивомонетчики проваливаются почти сразу: бумага, на которой они печатали фальшивки в Германии оказывается слишком качественной и взывает подозрения в СССР.

 

Либо мы сделаем это, либо нас сомнут

Большую часть 1920-х годов в отношении СССР активно действуют всевозможные английские и американские санкции и эмбарго. Активный советский демпинг на Каспии ставит на грань уничтожения торговые позиции Англии в этом регионе. Англичане вводят торговые ограничения, грозят новой войной. Подключается Америка. В начале 1930-х годов США обвиняют СССР в демпинге при поставках спичек, угля, асбеста и марганца. Вскоре американцы запрещают импорт советских пиломатериалов из четырех зон европейской части СССР. 

Свой очередной удар наносят французы. Они вводят систему лицензирования советских товаров. Это сразу приводит к их удорожанию и потере рынка. Аналогичные меры, как по команде, вводят Югославия, Венгрия, Бельгия и Румыния. 


Зимой 1931 года Сталину становится очевидным: «коллективный Запад» для СССР не сможет быть надежным партнером. Советское государство как цепями будет опутано множеством санкций и эмбарго. В этих условиях проведение форсированной индустриализации невозможно, а значит, и достижение безопасности молодого государства. 

Во время первой Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности Сталин медленной походкой выходит к трибуне. Движением руки прекращает бурные аплодисменты и произносит исторические слова: «Хотите ли, чтобы наше социалистическое отечество было побито и чтобы оно утеряло свою независимость? Но если этого не хотите, вы должны в кратчайший срок ликвидировать его отсталость и развить настоящие большевистские темпы в деле строительства его социалистического хозяйства. Других путей нет. Вот почему Ленин говорил накануне Октября: "Либо смерть, либо догнать и перегнать передовые капиталистические страны". Мы отстали от передовых стран на 50–100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут!» 


После этих слов страна начнет небывалое в истории человечества восхождение к экономической независимости.


Константин Кусмауль